Сэймин приложил палец к губам. Прислушался. За дверью было тихо. Изредка сверчок за стенкой стрекотал свою ночную серенаду. Больше ничто не нарушало предутреннюю тишину. Виона дожевала хлеб, запив водой из кувшина. От ледяной воды сводило зубы, но жажда была сильнее. Она выпила всё до последней капли и исподлобья посмотрела на мужчину, которого в первый момент приняла за привидение. Он стоял, опираясь ладонью о шерашавую стену.
Схожесть с убитым отцом, поразившая её поначалу, уже не казалась такой очевидной. Сэймин был плотнее, крепче, мускулистее. На левом ухе – длинная серьга, на лице – татуировка. У Найома такого не было. Да и голос был ниже, хотя интонации весьма похожи. К тому же Сэймин казался гораздо старше. Полностью седые волосы Сэймина против чёрных с лёгкой проседью Найома. Но, с другой стороны, и времени с тех пор прошло достаточно.
– Спрашиваешь, почему ты здесь? О́ги привёз тебя трое суток назад. А вот зачем…
– Что?! Этого не может быть.
– Я тут ни при чём, Виона. Тогда я даже не догадывался, кого бросили в подземелье.
– Трое суток? Этого не может быть. Я, что же, была без сознания трое суток?
– Получается, так.
– Я не помню, как здесь оказалась. И… у меня болит всё тело.
– Я думаю, что Оги применил запрещённую магию.
– Оги? Кто он? Слуга Туарана?
– Его помощник. Сильный маг. Другие маги против него… так… шелуха. Он облики меняет несколько раз на дню. Никто не знает его настоящего лица.
– Значит, это он вывел меня из Подгорного замка. Очевидно, он ещё там применил магию против меня. Это было похоже на какое-то сильное внушение. Потому что, я пошла за ним. Сопротивляться не было сил. Он напомнил о клятве. Говорил, что если я откажусь, клятва меня убьёт. Но я не давала такую клятву. Сейчас понимаю, а тогда… тогда я верила ему. Мы вышли из замка, когда бо́льшая часть Та́йников отправились в Центральную тюрьму и в Анигору сопровождать преступивших закон старцев. Оставшиеся – проверяли ратушу. Был всего небольшой промежуток времени, и этот Оги уложился в него. Я была в каком-то трансе, словно во сне. И воспоминания резко обрываются после того, как мы пересекаем мост. Дальше я ничего не помню. И вот что ещё странно: лица его я тоже вспомнить не могу.
– У него много лиц, и никто не может их запомнить. Он очень сильный маг и верен Туарану. Уж не знаю, почему.
– Господин Туаран знает, что я здесь? Ведает ли он, что вытворяет его слуга? А ты? Кому ты служишь?
– Знаешь, Виона. После гибели брата, я искал двух человек. Первый – это Туаран. А вторая – ты.
– Ты искал меня?
– Да, дитя.
– Зачем?
– У меня никого на этом свете не осталось… кроме тебя.
– Ясно. А зачем ты искал Туарана?
– Чтобы отомстить. У меня были непростые отношения с братом, но я никогда не хотел, чтобы его жизнь вот так оборвалась. А втянул его во всё это Туаран. Он его втянул, он же и подставил. Твоя мать тронулась умом после той казни и погибла. А этот негодяй Туаран остался чистеньким. Спрятался, отсиделся, собака. А теперь снова поднимает голову. Но я, наконец, нашёл его. Он за всё ответит... в своё время.
– Но он помог мне, когда я осталась одна.
– Помог, Виона, чтобы использовать в своих интересах.
– А ты откуда знаешь?
– Я случайно подслушал разговор, из которого мне многое стало ясным.
– И что же ты узнал?
– Много чего. Самое главное – я узнал, что шпион, которого бросили в подземелье – это ты, Виона. А ведь я пытался разыскать тебя. Иногда очень полезно подслушивать важные разговоры.
– Я никогда не была ничьей шпионкой.
– Конечно, девочка, ведь тебя использовали втёмную. И собирались использовать дальше. Туаран и его приспешник очень много говорили о тебе.
– Обо мне? А где они сейчас?
– Недалеко, в поместье, которое когда-то принадлежало твоему деду, мне оно хорошо известно. А теперь им владеет Туаран.
– А где мы сейчас?
– В полуразрушенной усадьбе. Здесь небольшая охрана. Я обязательно расскажу тебе всё. Но только после того, как мы покинем это место. Сейчас самое главное тебя спасти. На рассвете поменяется охрана, и мы с тобой сразу уйдём отсюда. Потому что днём здесь будут Туаран, Оги и другие маги. Они прибудут для специального ритуала.
– Но я бы хотела поговорить с Туараном.
– Хочешь стать марианеткой в руках Оги? Тебя здесь держат, чтобы ослабить и в истощённое тело вживить некий подслушивающий артефакт. Частое использование запрещённой магии опасно для твоей жизни. Хочешь попробовать? Тебя будут использовать против артианской королевы, а через неё – против старейшины. И ещё им зачем-то нужен брат королевы. Очень нужен. Припомни, Виона, ты точно не давала клятву крови этому прохвосту Туарану?
– Я никогда не клялась на крови, но дала обещание Туарану, что не забуду его доброты и при случае отплачу тем же. Но получалось так, что он оказывал мне услуги, а не я ему. Точнее, не он, а его человек.
– Какой человек?
– Мо́рис Дора́т.
– Тёмный маг Морис Дорат?
– Знаешь его?
– Нет, но кое-что слышал совсем недавно. Его тоже упоминали в том разговоре, что я подслушал. И что же сделал Морис Дорат?
– Он стал моим посыльным и доверенным лицом. Отвозил вести от королевы Асмараты в Зелёную Долину старейшине Кхазира Мирахатану и обратно.
– Странно. Что-то здесь не сходится, Виона.
– Что именно?
– Человек Туарана никак не может быть посыльным между Мирахатаном и королевой Артиана. А тем более – доверенным лицом.
– Но почему?
– Потому что, Мирахатан для Туарана – политический противник и враг, которого он хотел бы свергнуть. Всё, что передавала твоя королева Мирахатану, прямиком шло к Туарану.
продолжение следует
Поделиться с друзьями: