Сандэр внимательно посмотрел в глаза Гальцию, ему хотелось понять, верит ли он сам в то обвинение, которое произнёс. Взгляд арканара был полубезумным. И всё же, где-то в глубине была мысль. И эта мысль выражала сомнение. Но что-то же заставляло его продолжать нести несусветный бред:
– Это серьёзное преступление, за которое придётся понести соответствующее наказание.
Для диранха не составило большого труда понять, что здесь произошло. Вокруг было натыкано не меньше сотни артефактов, которые воздействовали на сознание арканаров. Ему ничего не стоило отключить всю сотню одним движением руки. Но Сандэр не спешил это делать, ему хотелось видеть, что не все арканары поддались воздействию артефактов новоявленного старейшины.
– Кто меня обвиняет? Арканары? Или горны, что здесь присутствуют? А может, новый старейшина?
– Все! – ответил Гальций.
– Нет, не все! – возразил Корз.
– Я тоже не верю в этот бред, – добавил вставший с места Элат.
Ора дёрнула его за рукав, в её глазах смешались гнев и страх.
Вслед за Элатом встал Амеронат, Васиэл, Талья и другие арканары.
– Ора, ты ведь тоже не веришь, – тихо произнёс Элат.
– Я не пойду против отца, прости, – так же тихо ответила девушка, продолжая сидеть.
– Не верите? Но старейшина Эулон сам видел этого человека с нашей святыней. Вы сомневаетесь в словах старейшины? – крикнул Дарьял, указывая пальцем на Сандэра, а потом на Корза. – И именно ты, Корз, возглавляешь этих бунтовщиков?
По рядам прокатилась волна гула.
– Тише, не надо шуметь, – Гальций поднял руку, успокаивая собрание. – Подожди, Дарьял. Я готов поручиться за Корза, он верит словам старейшины. Так ведь, Корз?
– Нет, не так. Не надо за меня поручаться, Гальций. Скажи мне, Дарьял, если Сандэрелио похитил артефакт, зачем он тогда вернулся? И разве старейшина не мог ошибиться?
– Нет, не мог, – крикнул Дарьял, молотя кулаком воздух. – Великий Эулон никогда не ошибается!
– Так зачем же похитителю возвращаться на место похищения? – настаивал Корз. – Кто-нибудь мне ответит?
– Я отвечу, Корз, – Гальций поднял голову и ухмыльнулся. – Сандэреллио вернулся за моей дочьерью. Был такой договор, что когда он вернётся, должен на ней жениться. Но к счастью, здесь многое изменилось, и прежние договоры больше не имеют силы. Старейшина Эулон своей волей отменил всё.
– Прекрасно, – откликнулся Сандэр. – Наверное, это единственное, что горн Эулон сделал хорошего, – на слове «горн» был сделан акцент, и это заметили все. – Но ты ошибся, Гальций. Я вернулся не за Орой. Я вернулся, чтобы расторгнуть тот договор. Но раз он уже не имеет силы – этот вопрос закрыт.
Ора, не мигая смотрела на Сандэра, не зная – радоваться ей или огорчатся. Раньше она была возмущена тем, что должна будет выйти замуж за человека, которого почти не помнила. Прошло ведь шестнадцать лет. А теперь, когда он, вроде бы, сам отказался, было немного обидно. Что лукавить – Сандэр ей понравился, хотя будущее его было неопределённым.
– Может быть, мы дадим слово Сандэрелио? – произнёс Корз. – Честно говоря, никто из арканаров не верит в его вину. Ну, кроме тебя, конечно, Гальций, и горнов, преданных Эулону.
– Корз, опомнись! Ты забыл, что стало с Варой? – Гальций пытался образумить старого друга.
– А что стало с Варой? – спросил Сандэр, глядя Гальцию прямо в глаза.
Гальций отвёл взгляд. За него напыщенно ответил Дарьял.
– Она в каменной тюрьме! За бунт, который подняла против старейшины Эулона. Тюрьма будет ждать любого бунтовщика. А тебя ждёт не только тюрьма. Тебя будут пытать, пока не сознаешься и не скажешь, где спрятал.
– Ой, боюсь-боюсь, – с усмешкой произнёс Сандэр. Он неожиданно быстро шагнул к Гальцию, резко дотронулся рукой до его лба, потом отступил на шаг.
Это движение было таким молниеносным, что далеко не все заметили. Гальций изменился в лице и, сев на камень, закрыл глаза.
– Не знаю, открою ли я истину, – заговорил арканар Амеронат. – Но диранхи никогда не нуждались в артефактах. Разве что, в самых крайних случаях. Они сами – ходячие артефакты. Согласитесь, Гальций, что кража главной святыни Арканарии – это был бы, наверное, самый глупый поступок диранха.
– А что тут непонятного? – воскликнул Дарьял.
– А я не к вам обращаюсь, – перебил его Амеронат.
– А я всё равно отвечу. Этот человек не диранх. Все чудеса он делал при помощи «сердца арков».
– Ты сам-то в это веришь, Дарьял? – вступился Корз.
– Видишь, Корз, он ничего не отвечает.
– И хорошо, что не отвечает. Что от тебя останется, когда он ответит?
– Да он ничего не может без артефакта, – Дарьял разошёлся не на шутку. – А артефакт спрятан на Кхазире. Я ведь прав, Сандэрелио? Просто скажи, где. Кто-то из арканаров слетает за ним. Если вернёшь его, наказание для тебя смягчится. Ты лишишься силы, но останешься жив.
– Как всё запущено, – Сандэр улыбнулся: – Нет у тебя такой силы, чтобы лишить силы диранха.
– Она есть у великого Эулона, – парировал Дарьял.
– Да, он действительно великий. Ваш Эулон – великий мошенник и вор. Хотя по справедливости – неплохой артефактор, – диранх снова улыбнулся. – Но далеко не лучший.
Дарьял чуть не задохнулся от гнева:
– Ты это слышишь, Гальций? Что ты молчишь?
Гальций тихо сидел на камне, прикрыв глаза.
В этот момент все арканы, что летали над утёсом, рванули прочь, резко исчезнув с поля видимости. В рядах арканаров и горнов прошло волнение и гул.
Диранх, почувствовав приближение Эулона, прошептал:
– А вот теперь пора! – и разом отключил все артефакты.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...
Поделиться с друзьями: