– Садись, Гальций. Вопросы здесь задавать будешь не ты.
От возмущения и злости лицо бывшего соратника Корза и Вары стало багровым.
– Я сам знаю, что мне делать! Не тебе мне указывать, Корз. Старейшина Эулон в курсе вашего собрания? Я надеюсь, хотя бы преступник арестован? Сандэрелио Ларендаль в тюрьме? – в этот момент его взгляд упал на Вару. – Что она здесь делает?
– Преступники арестованы. А Вару мы освободили.
– Ты – Безумец, Корз! Ты понимаешь, что подписал себе приговор?
Диранх сделал шаг от стены, оказавшись в полосе света.
– Что?! – Гальций сжал кулаки, его лицо всё более наливалось кровью, на скулах заходили желваки. – Ты обманул меня, Корз?
– Я тебя не обманывал.
– Ты сказал, что преступник арестован! А я вижу его здесь!
– А больше ничего важного ты здесь не увидел? Например, «Сердце Арков»? Артефакт снова на своём месте, – по мере того, как говорил Корз, краска с лица Гальция сходила, уступая смертельной бледности. А Корз бил словами, как хлыстом: – Арестован Эулон и его приспешники. Но ты, Гальций, пока на свободе. Хотя, как выяснилось, именно ты помогал Эулону и Дарьялу украсть артефакт. Зачем, Гальций?
– Ложь!! Это всё ложь!
– Тебя выдали твои же подельники! Эулон, Дарьял и другие. Артефакт подтвердил.
– Артефакт не мог подтвердить. Он не активен, – начал было оправдываться Гальций, но поняв, что проговорился, замолчал.
– Откуда ты узнал, что Сандэрелио Ларендаль должен вернуться в Арканарию?
– Не твоё дело, Корз?
– Тебе придётся отвечать, Гальций.
– Так это допрос? А ты, Корз, возомнил себя судьёй?
– Судить тебя будет собрание.
Слушая всё это, Ора искусала губы в кровь. Отец всегда был с ней строг, но справедлив, а когда перешёл на сторону Эулона, он очень изменился, стал холодным, властным, высокомерным. Ора никогда не была слабой, она отважно сражалась с врагами, рассекая небеса верхом на Торьоте. Но собственный отец последнее время внушал страх. И всё же она его любила, потому что другого отца у неё не было. Да, она любила отца, но промолчать не смогла. Ора встала со скамьи и подняла руку:
– Корз, я могу рассказать всё, что знаю.
– Не смей! – Гальций смотрел на собственную дочь, в его взгляде не было ничего кроме ненависти и злобы.
– Отец, прости меня. Я должна всё рассказать, чтобы помочь тебе.
– Заткнись! Я сказал! – голос Гальция прогремел, как удар грома, и Ора села, закрыв руками уши.
Диранху ничего не оставалось, как воспользоваться своей силой. Переглянувшись с Корзом, он подошёл к Гальцию. Его голос был мягким, тон – вежливым, но ослушаться его было невозможно:
– Садьте, пожалуйста, Гальций. С этой минуты в зале собрания будет звучать только правда. Говори, Ора.
Ора снова поднялась и стала говорить, поначалу её голос подрагивал, но потом стал звучать ровно и уверенно.
– Отец, я люблю тебя. И я хочу помочь тебе стать прежним, – она повернулась лицом к собранию. – Мой аркан Торьот сказал мне, что Сандэр должен вернуться. Я сказала об этом отцу. Я сказала и Вам, Корз. Отец уверял меня, что Сандэр придёт за мной, ведь в детстве нас обручили. Он говорил, что…
– Подожди, Ора, – диранх остановил девушку, показывая рукой на её отца. – Пусть он сам скажет, что говорил тебе. Говорите, Гальций.
Все ожидали, что Гальций заартачится, начнёт оскорблять диранха или Корза, но он заговорил, хотя лицо его выражало недоумение. Но говорил он достаточно твёрдо и уверенно:
– Я говорил дочери, что Сандэрелио Ларендаль – подлец, каких мало, он – жестокий обманщик. Диранхом он так и не смог стать. Ему нужен её аркан, и он заберёт его. А её использует и выбросит, как ненужную ветошь. Ещё я говорил, что ты, Сандэрелио, украл священный артефакт, тайно явившись в Арканарию.
– Вы верили в то, что говорили?
– Нет. Не во всё. Это я помог Дарьялу отвлечь внимание охраны. Пока старейшина Эулон… то есть… пока Э́улон и Ра́унгал… это артефактор владыки… пока они перестроили артефакт. Делал всё, конечно, Раунгол. Эулон руководил. Там ещё был этот верзила, менталист Эулона… Кероид, кажется. Его взяли, чтобы он воздействовал на охрану. Поначалу менталист категорически отказывался, тогда Эулон взял его жену и детей, чтобы был сговорчевее. Но у него толком ничего не получалось. Хотя, мне кажется, он просто делал вид, что помогает.
– Зачем ты это делал? Ради чего? Ради власти? Но ты передал её Эулону. Так зачем же? – спросил Корз.
– Ты прав. Не ради власти. Я считал, что так будет лучше. Я верил, что Эулон сможет восстановить волшебный сад при помощи артефактов, изготовленных Раунголом. Владыка сумел убедить меня. Я хотел, чтобы в садах Арканарии снова появились вошебные плоды, как было при Арках. Так написано в наших летописях.
– Зачем же ты пытался оговорить Сандэра? – продолжал допытываться Корз.
– Когда дочь сказала, что Сандэр скоро будет здесь, я понял, что он явится за ней. А я обещал её сыну владыки.
– За что ты так со мной, отец? – крикнула Ора. – А меня не надо было спросить?
– Нет. И потом, я действительно верил, что этот диранх виновен. Ведь Эулон не забирал артефакт. Они его просто перестроили. А потом он пропал. И владыка видел, как Сандэр его похитил. По крайней мере, он смог меня в этом убедить. Он говорил, что вся сила Сандэрелио находится в священном камне. На самом деле он никакой не диранх. Но теперь мои глаза открылись, и я ясно вижу истину.
– Во что ты сейчас веришь, Гальций? – спросила Вара.
– А сейчас верю, что Сандэрелио Ларендаль – диранх. Чувствую его силу. Арканары! Простите меня, если сможете. Я жестоко ошибался. Поэтому заслуживаю смертной казни. Пусть какой-нибудь аркан отнесёт меня к Серебристым горам и бросит в самое глубокое ущелье.
– Ни один аркан никогда не сможет убить арканара! – воскликнула Вара.
– Тогда пусть просто отнесёт туда и оставит. Я сам найду свою смерть.
Ора сидела с каменным лицом, но в глазах была боль. Слёзы тонкими струйками стекали по щекам. Элат, сидевший рядом, пожимал её руку, стараясь хоть как-то поддержать.
– Никаких казней, Гальций, – ровным голосом произнёс Корз. – Из «Союза Трёх» ты исключён. Пока домашний арест и наблюдение целителя. На тебя было оказано сильнейшее воздействие. Ты нуждаешься в лечении. А дальше будем разбираться.
Гальций
продолжение следует...
Поделиться с друзьями: